fbpx

Елена Исинбаева: Мне не дали побить в Рио мировой рекорд

Двукратная олимпийская чемпионка по прыжкам с шестом, которой из-за сегодняшнего вердикта CAS по иску ВФЛА к ИААФ почти наверняка придется пропустить Олимпиаду-2016, в одной из социальных сетей сорок минут отвечала на вопросы болельщиков.

— Какой была ваша реакция на решение Спортивного арбитражного суда в Лозанне?

— Естественно, очень расстроилась. До последнего верила в справедливость. Очень хотелось стать трехкратной олимпийской чемпионкой и завершить карьеру на самой высокой ноте. Но решение CAS убило мою надежду.

— Учитывая, что на июльском чемпионате России вы прыгнули на 4.90, что стало лучшим результатом сезона в мире – какую высоту планировали взять в Рио?

— Мы с моим тренером Евгением Трофимовым готовы были пойти на мировой рекорд. И я действительно готова была прыгнуть на 5.10. Увы, такой возможности мне не дали. (Улыбается.) Мне часто говорили, что своим выступлением в Чебоксарах я буквально довела до паники прыжковый сектор. Я не выступала три года в связи с рождением дочери, вышла на свой первый старт – и тут же взяла 4.90.

52461714113b1f674111e721a3b2b238__1440x

— То есть сейчас соперницы радостно потирают ладошки?

— К сожалению, так и есть. У меня было много хороших – как мне казалось – друзей в легкоатлетическом сообществе. И зимой, когда вся эта история только набирала обороты, я разослала всем смску с просьбой о поддержке. Надо-то было всего лишь поставить «лайк» в соцсетях. Почти никто не отозвался. Видимо, испугались, что офицеры WADA тут же постучатся к ним… Конечно, сейчас, когда поезд уже ушел, многие говорят публично слова поддержки российским спортсменам. Но хороша ложка к обеду, сейчас эта псевдохрабрость уже ничего не стоит… Да и не так уж много таких атлетов, может, всего процентов 5. К тому же многие из них карьеру уже закончили.

— А в прыжковом секторе как складывались ваши взаимоотношения с соперницами?

— Большинство из них особенно и не скрывали, что ненавидят меня и только ждут, когда я получу травму или вообще закончу карьеру. И, признаюсь, я от этой ненависти ловила кайф. Для меня их ненависть была энергетической подпиткой. А вовсе не допинг… Конечно, ужасно, когда оказывается, что 20 лет карьеры, за которую я сделала очень много для пропаганды легкой атлетики, и сотни отрицательных допинг-проб не являются доказательством того, что я чистая спортсменка. А те иностранные спорстмены, которые отбыли дисквалификацию за допинг – их WADA и ИААФ считает «чистыми». Глупость и абсурд.

— Все-таки крохотная надежда на ваше выступление в Рио еще остается. Вы готовы, например, выступить на Играх под нейтральным флагом?

— Президент МОК Томас Бах, разъясняя ситуацию с Дарьей Клишиной, четко дал понять, что такое невозможно. Так что, если российских легкоатлетов и допустят в Рио, то только под российским флагом.

— Подавать в гражданский суд будете?

— Давайте все-таки официально дождемся воскресного вердикта МОК.  В любом случае, даже если я выиграю гражданский иск, ничего, кроме морального удовлетворения, это не принесет – Игры к тому времени уже закончатся. Кстати, в итоговом вердикте CAS есть деталь, которую иначе как унизительной не назовешь – «право на апелляцию в течение тридцати дней». Кому нужна эта апелляция через 30 дней? Конечно, все это очень обидно и горько.

— Если будут организованы какие-то альтернативные соревнования – готовы принять в них участие?

— Если бы нас не допустили к Играм не непосредственно перед ними, а несколько месяцев назад, я бы рассмотрела такую возможность. Но сейчас – точно нет. Посвящу время семье. И, полагаю, ближайшие месяцы потратим с мужем на то, чтобы количественно увеличить число членов нашей семьи…

Кстати, хочу искренне поблагодарить свою семью, а также семью своей сестры. Еще – тренера Евгения Васильевича Трофимова и всех-всех-всех своих поклонников, которые постоянно меня поддерживали. Наверное, самая главная моя победа в жизни – что тысячи людей, глядя на мои рекорды, решили заняться спортом.

Оцените статью
Елена Исинбаева: Мне не дали побить в Рио мировой рекорд
Люди могут контактировать с мертвыми через много времени после их смерти